Чтение книги "История искусства всех времен и народов. том 2"

на
глядно знакомить неграмотных людей со Священной историей, с жи
тиями святых и мучеников. Традиция народов Средиземного моря чтить
Божество в oбразах способствовала возникновению христианских ху
дожественных циклов. Место языческого Олимпа заняли Христос и
апостолы, а древний культ героев незаметно превратился в почитание
святых, лики которых украсились нимбами и лучезарными венцами,
как головы античных астральных божеств. Но священные образы воз
никали и вновь (хотя зачастую примыкая к прежним типам), по мере
того как складывалась новая традиция. Уже первые гонения на хрис
тиан создали целые толпы мучеников, которые в качестве древней
ших героев религии перешли в христианское искусство, а затем каж
дое столетие доставляло сонмы новых святых, обстоятельства жизни
которых, большей частью глубоко потрясающие, доставляли христи
анскому искусству неожиданное разнообразие все новых и новых лиц
и событий. Изучение изображения этих лиц и событий (христианская
иконография) составляет особую ветвь истории искусства, которой,
конечно, мы можем коснуться в этой книге лишь вскользь.
Наряду с этим в христианском искусстве удержались и некоторые
невинные образы языческой мифологии, каковы, например, божества
солнца, луны, морские и речные боги, которые в отдельных случаях в
течение всего средневековья допускались в качестве олицетворений
природы. Далее схоластическая философия вводила собственные оли
цетворения добродетелей, искусства и наук, которые вместе с другими
подобными аллегориями поддерживали связь между древним и средне
вековым миром; сверх того, уже довольно рано всемирная история, по
эзия и повседневная жизнь (последней обязано своим возникновением
прежде всего портретное искусство) стали доставлять также и светские
мотивы для украшения гражданских построек, утвари и книг. Но исто
рия искусства христианских народов, как и история искусства нехрис
тианского, может быть прослежена преимущественно в отношении его
религиозных памятников. То, что является самым священным для наро
да, его художники во все времена изображали наиболее достойным об
разом, а его стражи умели оберегать это от гибели.
Мы сказали, что возникшая мировая религия, как таковая, не при
несла с собой новых художественных форм; это объясняется прежде
всего тем, что иудейская религия, из которой она вышла, дозволяя
воздвигать Божеству великолепные храмы, не допускала никаких Его
изображений. Однако то обстоятельство, что христианское искусст
во зародилось в эпоху, которая представляется нам эпохой упадка
античного художественного творчества, исходившего из единичных
форм, быть может, даже не служило помехой для развития этого
искусства. Направление позднеантичного искусства, которое, если
прав Ригль, характеризуется стремлением к общему эффекту, по
нимаемому в смысле нового времени, было воспринято и христиан
ским искусством, росшим и развивавшимся вместе с позднеантич
ным. Легко понять, что единичные формы должны были приходить в
упадок по мере того, как обращалось все большее и большее внима
ние на целое и на его содержание. Это новое движение, вначале едва
заметное, продолжалось вплоть до искусства Ренессанса XV столе
тия, в котором так называемое возрождение антика сводится к заим
ствованию римскоэллинистических архитектурных и орнаменталь
ных форм, а понимание природы явилось результатом многовековой
самостоятельной работы.
Архитектура, быстро принявшаяся, после миланского эдикта о
веротерпимости 313 г., за выработку новых (хотя и примыкающих к
восточным, эллинистическим и римским образцам) типов, уже по
тому, что служила самой непосредственной христианской потреб
ности, определяла в течение всех средних веков направление изоб
разительных искусств. Так как ее ближайшей задачей были, как
сказано выше, созидание и расчленение новых замкнутых помеще
ний, которые на Востоке как центральнокупольные постройки, а на
Западе как базилики достигли высшей целесообразности и красоты,
то тем очевиднее на протяжении первого тысячелетия упадок ее от
дельных форм. Но в позднее средневековье западное зодчество по
бедоносно преодолело грубость своих внешних форм. Романские и
готические средневековые соборы принадлежат к благороднейшим,
а готические вместе с тем и к самобытнейшим памятникам всемир
ной истории архитектуры. Но наследие древности было все же силь
нее приобретений средневековья, и мы увидим, что античный стиль
положит конец владычеству готики в Европе всего лишь после двух
векового ее господства. Столь же ясен, как и в архитектуре, регресс
форм и в изобразительном искусстве. До возвращения к фронталь
ному стилю (см. начало т. 1) этот регресс происходит, однако, толь
ко в скульптуре, да и то в отдельных случаях. Следы выработанной
греческим искусством свободы движения тел удержались в пластике
самой «темной» поры средних веков. Своими силами, вновь исходя из
«контрапоста» (движение фигуры, опирающейся на одну ногу; см. т. 1,
рис. 363 и 365), готическая скульптура